Пятнадцать лет тут пролетают за миг, а пять дней длятся как целая жизнь. Герой сокрушает армию врагов обыкновенным молотком и оказывается побежден картонной коробкой.

В канун премьеры "Oldboy" Роман Волобуев позвонил режиссеру Паку на работу, в сеульский офис творческого объединения Nine Directors, и, оторвав от важного совещания, попробовал узнать, как у того получается делать такие фильмы.

На Западе многие сейчас считают вас гением. А что об этом думают в Корее?

Мне как-то не очень ловко говорить о себе в таких терминах. Хотя, когда я вернулся из Канн, отношение ко мне изменилось. У меня стали брать автографы, президент наградил меня медалью за заслуги. Если учесть, что после моего предыдущего фильма меня хотели зарезать, это явно перемены к лучшему.

Кто хотел вас зарезать?

Зрители. Это, как я понимаю, было только на словах - фигура речи, так сказать, - но все равно неприятно.

Правда ли, что мангу "Oldboy" сначала собирался экранизировать другой режиссер, а вы у него этот проект увели?

Первый раз про это слышу. Я вообще не увлекаюсь комиксами. "Oldboy" мне дал прочитать мой продюсер. Собственно, это была его идея - чтобы я все это попробовал снять.

Правда ли, что в каннский конкурс "Oldboy" попал случайно?

Да нет, кинокомпания его послала с соблюдением всех обычных процедур. Хотя, когда его взяли в конкурс, это действительно была большая неожиданность и радость. Ведь, знаете, ни один мой фильм прежде не был в Каннах, даже вне конкурса.

Главные герои "Oldboy" - по идее почти ровесники. Но при том Ю Чи Те, который играет Мстителя, в два раза моложе Цоя Мин Сика, играющего жертву. Почему так?

Это специально. Может, грубый прием, зато наглядный. На примере Мстителя, который действительно выглядит очень юно, хотя ему должно быть сильно за 40, я хотел показать, что происходит с человеком, который подчиняет всю свою жизнь одной цели. Он, по сути, не живет и потому не стареет. Мститель вообще не вполне человек, по крайней мере, сам он себя таковым не считает.

Мы сняли одну сцену - она не вошла в окончательную версию фильма, - в ней Мститель репетирует свой финальный разговор с О. Отрабатывает жесты, интонации, заранее планирует, что он будет говорить, в случае если разговор примет тот или иной оборот.

Я ее потом вырезал: не хотел, чтобы зритель раньше времени догадался, о чем будет этот последний решающий разговор. Но теперь даже жалею, потому что она многое объясняла.

Понимаете, нормальный человек не умеет говорить красиво, особенно в экстремальной ситуации. Он будет мямлить, заикаться, повторять одно и то же по десять раз. Когда же человек знает то, чего не знает его собеседник, и имеет возможность все заранее подготовить, он как бы начинает управлять временем.

У одного шведского писателя - забыл фамилию - был рассказ про школу, где учителя контролировали жизнь учеников с точностью до секунды и таким образом становились богами. Примерно то же самое проделывает Мститель. Он как режиссер, который заранее знает каждый шаг своей жертвы. И когда О пытается противиться плану Мстителя, он уподобляется человеку, бунтующему против Бога. Вот примерно так.

"Oldboy" - фильм, который в принципе не может кончиться счастливо. Почему вы все-таки закончили его хеппи-эндом?

Ну это, знаете ли, тот еще хеппи-энд.

Но герой улыбается, он счастлив.

Мало ли что он улыбается. Помните, как улыбался Лапша в конце "Однажды в Америке"? Это радость забвения, ничего хорошего в ней нет. Я не пытался утешить зрителя или под конец впрыснуть в фильм оптимизма, если вы про это спрашиваете.

Правда ли, что когда вы делаете фильмы, вы во всем советуетесь с женой?

Да, на всех этапах я обязательно спрашиваю ее мнение. Она очень разумный и глубокий человек, к тому же не имеет никакого отношения к кино. Она домохозяйка и знает жизнь. Потому ее советы для меня бесценны.

Работа режиссера очень похожа на работу Бога, так что есть большой риск заиграться, действительно возомнить себя Богом. Режиссеры, с которыми это происходит, теряют чувство юмора и оказываются в очень глупом положении. Жена помогает мне этого избегать.

С какого возраста, как вы считаете, "Oldboy" можно показывать детям?

А вашему ребенку сколько? Вот моей дочке сейчас 10. Когда ей будет 15, я ей обязательно покажу.

Западные критики часто пишут, что физическое насилие в ваших фильмах - это метафора сильных человеческих чувств.

Это ерунда. Просто когда критикам нравится фильм, они пытаются этому придумать культурологическое объяснение. Если это жестокий фильм, они стараются его обелить - привести в какое-то, пусть призрачное, хрупкое, соответствие с моральными стандартами своего общества. Общество осуждает насилие, так что они пишут, что насилие - это метафора.

Вы, когда были критиком, тоже так делали?

Нет-нет, я так не делал. Я старался быть честным критиком.

Вы уже встречались с Джастином Лином, который будет ставить американский римейк "Oldboy"?

Я к римейку никакого отношения не имею, они просто купили права на историю и название. Я не видел ни одного фильма Джастина Лина и не знаком с ним. Хотя фамилию слышал.

Был слух, что главную роль в американской версии тоже будет играть Цой Мин Сик.

Не думаю. Скорее всего, они возьмут Бена Аффлека или кого-нибудь еще, кто популярен в Америке.

Вы действительно считаете, что похищение человека при определенных обстоятельствах может быть не таким уж плохим поступком?

Это вы в каком-то моем интервью прочитали? Меня, видимо, неверно перевели. Меня, я подозреваю, часто неправильно переводят.

Я, наверное, хотел сказать, что когда тебя похищают, это может быть небесполезно - с точки зрения познания себя, открытия каких-то неожиданных способностей личности. Но на себе я не хотел бы это проверять, конечно.

В своем предыдущем фильме "Сочувствие к господину Месть" вы довольно жестко критикуете капитализм вообще и его корейскую модель в частности. Вы социалист?

Я не критикую капитализм, я, как говорится, указываю на отдельные его недостатки.

То есть вы верите в политическую функцию искусства?

Безусловно. Искусство должно менять мир к лучшему. Но я не спешу обличать современную Корею, потому что нам есть с чем сравнивать. Вы, вероятно, знаете: до 1992 года у нас была диктатура, и лишь после избрания первого гражданского президента страна начала меняться. Собственно, тогда новому поколению корейских режиссеров, к которому принадлежу и я, дали возможность проявить себя.

Тарантино последний год занимается только тем, что рекламирует "Oldboy". Куда он ни приедет - везде рассказывает, что это лучший фильм на свете. Вы, конечно, не обязаны в ответ хвалить его, но все-таки: вы видели "Убить Билла"? Вам не кажется, что ваши фильмы идейно близки?

Я видел только первую серию. Очень красивый фильм, но с "Oldboy" у него ничего общего.

Как же так получилось, что вы до сих пор не посмотрели второй «Kill Bill"?

Я сейчас вообще мало фильмов смотрю. Работы много.

Ладно. Давайте так: почему, по-вашему, сразу несколько больших режиссеров - Тарантино, фон Триер, вот вы еще - почти одновременно сделали фильмы, которые в том или ином смысле о мести?

Месть - это катализатор. В ней человек великолепно проявляется. Ей всегда предшествует некая объективная причина, событие, которое переламывает человека. В таком состоянии человек становится способен на проявление самых искренних и сильных чувств. Цивилизованное общество отрицает личную месть как способ воздаяния за зло, но жажда мести от этого никуда не девается.

Когда выйдет последняя часть вашей трилогии о мести?

Я только сейчас начал ее снимать, думаю закончить к концу февраля - началу марта.

Она будет о женской мести, это такой сплав из мотивов и сюжетных ходов двух первых частей - "Сочувствия к господину Месть" и "Oldboy". Если вкратце: женщина проводит 15 лет в тюрьме и, выйдя на волю, мстит мужчине, которого считает виновным в том, что с ней случилось.

Вы уже знаете, что будете делать дальше, закончив трилогию?

Фильм про вампиров. Он будет называться "Живое зло".

Правда ли, что вы очень быстро придумываете сюжеты своих фильмов?

Это с кем сравнивать - вон Ким Ки Док делает это еще быстрей. Я в сравнении с ним просто Стэнли Кубрик.

Вам нравится Кубрик? Кто вообще ваши любимые режиссеры?

Был такой корейский режиссер Ким Ки Ён. В энциклопедиях про него пишут как про короля корейского трэш-кино, на самом же деле он снимал очень отважные и прекрасные фильмы. Он был смелый и бескомпромиссный художник.

Как следствие его лишили возможности снимать, а дом, где он жил, подожгли, и он погиб в огне. Трагическая судьба. Так что, если честно, мне не так уж хочется быть на него похожим.

А на кого бы вы хотели быть похожи?

По возможности - на Ингмара Бергмана.

12.11.2004, Afisha.ru, Роман Волобуев