Четыре города в день финала Лиги Чемпионов. Добро пожаловать в объединенную Европу, где по-прежнему живут очень разные европейцы!

Однажды в финале Лиги Чемпионов встретились турецкий Галатасарай и Депортиво Ла Карунья. Все внимание приковано к Москве, где команды уже вышли на поле. В течение двух часов, пока длится матч, Европе нет дела ни до чего, кроме футбола. В течение двух часов ее жители мучаются от всплеска преступности, непонимания властей и сумасшествия болельщиков. В течение двух часов в четырех городах Европы и случаются эти истории.

Москва. Финал европейской Лиги случается в российской столице, прямо скажем, не каждый день. Сегодня даже те, кто не очень любит футбол, хотели бы оказаться поближе к Лужникам. В том числе и милиция, которая не только должна справиться с океаном обезумевших болельщиков, но и сама в полном составе хотела бы посмотреть матч. Поэтому приехавшей из Англии Кэйт, только что поссорившейся по телефону с бойфрендом и брошенной таксистом в каком-то темном районе и тут же ограбленной аборигенами, некому помочь. И только Елена, бывшее "дитя улицы", равнодушное к футболу, пытается понять, как занесло англичанку на эти задворки. Пока они с помощью водки преодолевают языковой барьер, испанцы уже забили гол. 1:0.

Стамбул. Рокко, студент из Германии, решил в этот футбольный вечер подзаработать, обманув страховую компанию. Он находит подходящее темное место, изображает из себя жертву ограбления и пытается поймать такси. К его несчастью, ему попадается не типичный равнодушный стамбульский извозчик, а таксист с превосходным знанием немецкого, который тут же предлагает пуститься в погоню за несуществующими грабителями. Разумеется, они их не догнали и отправились в полицию. Там рассказ Рокко об ограблении вызвал немалое удивление, но несмотря на то, что первый тайм был в разгаре, турецкие стражи порядка взялись изображать из себя агентов ФБР, расследующих, по крайней мере, серийные убийства. Рокко, который должен просмотреть сотни фотографий и опознать грабителей, уже готов сдаться. Он звонит своему новому приятелю-таксисту с одной только просьбой - вытащи меня отсюда! Прекрасный повод получить процент, - решил Селал. Пока они обсуждают свои доли в ожидаемой страховке, турки на последней минуте первого тайма забили ответный гол, будет овертайм...

Сантьяго-де-Компостела. Венгра Габора занесло в Испанию...выполнение обета. Пытаясь отвлечься от мыслей о самоубийстве, Габор пообещал обойти все католические соборы Испании пешком. И вот в этом маленьком городе, прямо посреди Пласа де ла Кинтана, у Габора украли цифровой фотоаппарат с пятью сотнями фотографий - документальным свидетельством его двухлетнего пути. То, что рядом оказался полицейский, - это хорошо. То, что он и не собирался искать пропавшую камеру, - это плохо. Комиссар Баррейра говорил о разнице в культурах, языковом барьере, своих бывших и нынешних любовницах, футболе, но только не о краже. Пока Габор теряет терпение и орет на комиссара, в Москве уже играют дополнительное время после первого тайма.

Берлин. Французы Клод и Рашида - уличные клоуны, путешествующие по Европе в поисках больших приключений и, желательно, больших денег. Если первого хватает, то со вторым - явные проблемы. Решив пойти по пути героя второго сюжета, они решают инсценировать ограбление и получить страховку. Только, к сожалению, полиция застает их не "уже ограбленными", а в процессе подготовки собственного ограбления! Это заставляет их круто изменить свой план, что оборачивается для пары еще большими приключениями. Они и не знают, что вся остальная Европа затаила дыхание в ожидании одиннадцатиметрового... Игра продолжается!

Однажды в Европе... Главная предпосылка фильма уже заложена в его названии. "Однажды в Европе" может означать настоящее, сегодня, один конкретный день в Европе. Но может также означать и "Однажды в Европе произойдет..." в смысле "когда-то в будущем". В этом и обнаруживается Утопия. Как можно снять фильм о Европе и многих народах с разными ментальностями, которые ее населяют? Какие города нужно в него включить? Какие символы? Поскольку я хотел не просто написать рассказ на эту тему, но снят фильм, мне пришлось для начало хорошенько все обдумать. Я живу в Берлине, провожу много времени в Сантьяго-де-Компостела, у меня есть хорошие друзья в Стамбуле, несколько раз я был в Москве. Кроме того, я подумал, что просто обязан включить Москву в фильм о Европе. Но что общего между этими городами? Какой-то единый европейский стиль жизни?

Что могло бы происходить, если бы турецкий Галатасарай и Депортиво Ла Карунья играли бы финал Лиги Чемпионов в Москве? Футбол прост и понятен, его смотрят везде не зависимо от религии. Футбол как нарративный кирпичик - мне показалось это весьма поэтично. Кроме того, это не какая-т там дикая фантазия - это вполне реально. Затем нужно было придумать, чем, собственно, наполнить события в фильме. Я задался вопросами, как в Европе обстоят дела с языками, диалектами, регионами, путешествиями и путешественниками. Нам все знакома ситуация: ты куда-то приезжаешь, становишься жертвой ограбления и оказываешься в весьма деликатной ситуации. Ты вынужден говорить, но ты не знаешь языка этой страны. И вот уже все усложняется - или веселит.

Четыре простые истории, которые составляют фильм, выросли из таких вот соображений. Англичанка в Москве, два немца в Стамбуле, венгр в испанской Галиции и французская пара в Берлине. Мне хотелось снять фильм, состоящий из маленьких сцен, из моментов, похожих на те, которые пережил когда-то я сам. При этом я держал в голове европейскую составляющую - столкновение разных европейских ментальностей. Однажды в Европе: фильм о "здесь" и "сейчас", но вместе с тем о некой утопии. Когда-то будут созданы Соединенные Штаты Европы, в которые будут входить и Стамбул, и Москва. И как тогда мы будем общаться? На голландско-английском, испано-английском, франко-испанском или франко-немецком? Я ставлю на "европейский английский", приправленный словечками наподобие "капут", "сиеста", "чао", "чилл-аут", "на здоровье" и "мерхаба".
Ханс Стор, январь 2005